Густав Малер. К нам едет… гастролер. Эпизод 4
Добро пожаловать в Большой музей!
Здесь музеи рассказывают о себе по-новому. Знакомьтесь с экспонатами, читайте истории о связанных с ними людях и событиях, изучайте важные понятия. Мы приводим вас к музеям, а музеи к вам.

Абонементы Большого зала филармонии

Густав Малер.
К нам едет… гастролер. Эпизод 4

Великие композиторы в зале Дворянского собрания

© Густав Малер. 1907 год (c) Österreichische Nationalbibliothek

Абонементы Большого зала филармонии

Густав Малер.
К нам едет… гастролер. Эпизод 4

Великие композиторы в зале Дворянского собрания

Март 1902 года. В Петербург едет Густав Малер. Ему чуть за сорок. Он недавно получил престижную должность дирижера Придворной Венской оперы, а буквально неделю назад женился на своей возлюбленной Альме Шиндлер. Малер счастлив. Не слишком типичное состояние музыканта с трагическим мироощущением.

Густав Малер у дверей Венской оперы. 1904 год © Österreichische Nationalbibliothek

Знакомство Малера с Россией началось задолго до этого. Еще студентом венской консерватории в конце 1870-х Густав посылает рукопись своего ля-минорного фортепианного квартета на конкурс, который проводит Петербургское общество камерной музыки. Однако пунктуальность никогда не была сильной стороной российской почты – рукопись до Петербурга не дошла.

Густав Малер. 1881 год © Österreichische Nationalbibliothek

В 1897 году Малер, в ту пору дирижер Гамбургской оперы, и сам побывал в Российской империи – он дал один концерт в Москве, восхитился снегом и вкусным чаем:

Жизнь здесь великолепна! За 30 пфеннигов можно доехать куда угодно. В моей комнате стоит самовар, и я беспрерывно пью из него чай….. Люди здесь чрезвычайно любезны и внимательны. А такой благоустроенности я не встречал даже в Англии!

Из письма сестре, Юстине Малер 1(13) марта 1897 года.

Большого резонанса концерт не получил, имя Малера пока не на слуху у меломанов. Его европейская, а затем и мировая слава начнется лишь на следующий год, с получением поста капельмейстера знаменитой Придворной Венской оперы.

Кстати, именно это назначение внезапно станет препятствием для удачной дирижерской судьбы Малера в России.

Густав Малер, 1898 год © Österreichische Nationalbibliothek

В ту пору большинство гастролеров приезжали по приглашению Императорского Русского музыкального общества. В 1898 председатель Московского отделения ИРМО, дирижер Василий Сафонов задумывается об устройстве концертов Малера в Москве и Петербурге. Но против этого резко возражает глава столичного ИРМО, композитор Цезарь Кюи. Он – горячий поклонник хорошо известного в Петербурге блестящего дирижера Ганса Рихтера, с которым Малер делит должность в Вене. Кюи считает Малера самозванцем, стремящимся «подсидеть» опытного коллегу.

Эта личная неприязнь могла бы поставить точку в истории русских гастролей Малера. Но приглашение посетить Петербург все же пришло, причем с неожиданной стороны. В конце 1901 года с Малером связались представители фортепианной фирмы «Шредер».

Магазин-салон Шредера над редакцией газеты «Новое время». 1914 год © Центральный государственный архив кинофотофонодокументов Санкт-Петербурга

Петербургская фабрика, открытая немцем Иоганном Фридрихом Шредером, к этому моменту являлась официальным поставщиком Императорского двора и Петербургской консерватории. Большой магазин-салон с концертным залом Шредеры открыли на Невском проспекте еще в середине XIX века, а к началу ХХ решили заняться организацией концертов и на других площадках.

Громких имен в сезонах немецких фабрикантов почти не было. Их единственной несомненной удачей стало открытие для российской публики Густава Малера.

Малер дирижирует своей симфонией. Карикатура
Художник Теодор Заше © Wikimedia Commons

Малер, разумеется, соглашается дать концерты в зале Дворянского собрания, где к тому времени выступали Лист, Берлиоз, Вагнер, Дворжак, Чайковский… Ни одного собственного сочинения в программе Малера не будет. За два вечера он продирижирует Третьей симфонией Бетховена, соль-минорной симфонией Моцарта и фрагментом из оперы Вагнера «Тристан и Изольда», симфонией «Манфред» Чайковского – по тем временам сплошные «хиты».

Зал Дворянского собрания. До 1900 года © Центральный государственный архив кинофотофонодокументов Санкт-Петербурга

Позднее первая скрипка оркестра Императорского Мариинского театра, с которым выступал в Дворянском собрании Малер, Виктор Вальтер напишет:

На мой вопрос, каким образом он достигает таких новых высот, исполняя такие знакомые нам ноты, Малер сказал слова, которые можно было бы написать на его памятнике: "Самое важное в музыке не написано в нотах".

Виктор Вальтер. Воспоминания.

Малер-дирижер моментально завоевывает петербургскую публику. Свой триумф он рад разделить с самым близким человеком – женой Альмой.

Густав и Альма Малер. Начало 1900-х годов © Österreichische Nationalbibliothek

Альме всего двадцать три. Но, кажется, она уже точно знает о своем основном призвании – быть музой великих современников. Дочь австрийского пейзажиста Эмиля Шиндлера, Альма была возлюбленной художников Густава Климта и Оскара Кокошки, ее вторым мужем был архитектор, основатель Баухауза Вальтер Гропиус, а третьим супругом – писатель и поэт Франц Верфель.

Вместе с Верфелем Альма эмигрирует в Америку, но похоронить себя завещает рядом с первым мужем – Густавом Малером. Да и фамилию Малер она оставит навсегда. Их отношения никак нельзя было назвать безоблачными. Незадолго до смерти, узнав об измене жены, Малер даже ездил к отцу психоанализа Зигмунду Фрейду.

Оскар Кокошка. Портрет Альмы Малер. 1912 год
Национальный Музей Современного искусства, Токио © Wikimedia Commons

Но в Петербург Густав и Альма приезжают молодоженами, русские гастроли стали их свадебным путешествием. Малеры радуются виду на Исаакиевский собор из окон гостиницы «Англетер», ходят на приемы, заглядывают в Эрмитаж – здесь Густав долго стоит перед «Блудным сыном» Рембрандта, бродят по улицам города Достоевского – любимого писателя Малера.

Достоевским он зачитывался с юности. Арнольд Шёнберг вспоминал, как Малер советовал ему работать с учениками: «Дайте почитать этим людям Достоевского. Это важнее, чем контрапункт»! Да и критики разных эпох будут находить параллели между музыкой австрийского композитора и русского писателя. «В нем есть что-то… от Достоевского», напишет музыковед и будущий художественный руководитель ленинградской филармонии Александр Оссовский во время следующего визита Малера в Россию.

Густав Малер. 1907 год © Österreichische Nationalbibliothek

В Петербург он вернется в 1907. Один. Композитор поселится там же, в «Англетере». Из гостиницы в венскую квартиру Малер почти ежедневно сообщает Альме новости, пишет о том, что отель стал дороже, но хуже, просит жену срочно сообщить размер ее ноги – в Петербурге продают «чудо какие сапоги» и их непременно нужно купить! Стыдит супругу за то, что она не находит времени написать ответ.

В «Англетер» доставят несколько телеграмм с совершенно одинаковым текстом в три слова: «Все хорошо. Альма».

В этот второй визит Малер в Дворянском собрании не дирижировал. Его концерты прошли в зале Консерватории. Здесь композитор, наконец, представил и свою музыку – Пятую симфонию, посвященную все той же Альме Малер. Вторая часть симфонии известна даже тем, кто не может назвать себя меломаном – она звучит в фильме Висконти «Смерть в Венеции».

Приняли симфонию холодно. Рецензент петербургской газеты «St. Petersburgische Zeitung» Иосиф Витоль писал:

Нельзя по-настоящему понять эту музыку, которая в отдельных местах отмечена печатью мастерства, но которую можно только послушать, покачивая головою и… отложить.

«St. Petersburgische Zeitung», 1 ноября 1907 года.

Римский-Корсаков отозвался еще более резко, назвав симфонию «бездарной, безвкусной, с крайне грубой, грузной инструментовкой…» И добавил: «Обидно, право, за Малера как за музыканта». Впрочем, так думали не только в России. Современники в первую очередь воспринимали Малера как великого дирижера. Писать музыку ему приходилось лишь месяц в году – во время отпуска.

За эти летние месяцы накопилось внушительное наследие: девять симфоний, симфония-кантата «Песнь о земле», вокальные циклы «Песни странствующего подмастерья», «Волшебный рог мальчика», «Песни об умерших детях» … Увы, чаще всего они не находили отклика у слушателей. Малер объяснял это двумя фразами: «Я несовременный человек. Мое время еще придет». И, несомненно, оказался прав.

В дореволюционном Петрограде музыка Малера звучала буквально несколько раз. Зато уже в 20-е годы в Ленинграде существовало сразу два кружка, члены которых проводили свободное время, играя симфонии Малера в переложении для восьми рук на двух роялях.

Среди участников кружков были и музыканты, тесно связанные с Петроградской филармонией: дирижер Николай Малько (он возглавит филармонический оркестр в 1927 году), будущий художественный руководитель филармонии, критик Иван Соллертинский (он впоследствии напишет первую книгу о Малере на русском языке), Эмиль Купер – первый главный дирижер, директор, один из основателей филармонии. Именно Купер уже в 1922 году исполнит в Большом зале все ту же Пятую симфонию Густава Малера.

Густав Малер. Партитура Симфонии №5. 1903 год © The Morgan Library & Museum

Известно, что горячим поклонником Малера был Дмитрий Шостакович, имя которого сегодня носит Петербургская филармония. Когда Шостаковича спросили, что бы он взял с собой на необитаемый остров, он, не задумываясь, ответил: «Партитуру Малера».

Дополнительные материалы:
Рихард Штраус.
К нам едет гастролер... Эпизод 5
Рихард Штраус. К нам едет гастролер... Эпизод 5
Статья
Великие композиторы в зале Дворянского собрания
Симфония
Термин
Жанр инструментальной музыки, крупное сочинение для симфонического оркестра. По анал...
Вальтер Виктор Григорьевич
Вальтер Виктор Григорьевич
скрипач
Контрапункт
Термин
одновременное сочетание двух или более мелодий. Основной принцип полифонической музы...